Категория:

Это был наш первый совместный отдых на море. После недельного лежания на песке и бурного секса в гостинице мы в какой то момент оторвали взгляды друг от друга и вдруг обнаружили, что вокруг нас кипит жизнь. Мимо то и дело дефилируют стройные накачанные мужчины и загорелые русалки в мизерных бикини. И те и другие — с явной целью показать себя. А мы чем хуже? Правда нам далеко за сорок, но оба в хорошей форме и выглядим намного моложе своих лет. У меня еще сохранились остатки былой спортивной формы, а вот лысина и брюшко появляться не торопятся.

Оля — стройная миниатюрная брюнетка с точеными ножками, тонкой талией и без единой складочки на коже. Но особенно хороши ее губы — полные и чувственные. Глядя на них, так и хочется расстегнуть брюки и предложить ей изысканное французское угощение. И надо сказать, лакомиться им Оля любила и умела. Когда она стояла передо мной на коленях, глядя мне в глаза каким-то особым, «блядским» взором и ласкала язычком моего друга, а потом обхватывала его у самого основания, у меня перехватывало дыхание, и я едва успевал вызволить друга на волю, чтобы нанести ей на личико живительный крем. Может именно благодаря частому применению таких вот масок, Олина кожа до сих пор была юношески гладкой и нежной.

Наш первый совместный отдых на море

Итак, прошла уже почти половина отпуска, когда мы, наконец, оторвались друг от друга и огляделись по сторонам. Надо сказать, ни я, ни Оля не страдали болезненной ревностью. Мне льстило, что на нее делают стойку представители мужского пола весьма широкого возрастного диапазона: от двадцати до шестидесяти и выше. Примерно так же рассуждала и она. Что плохого, если я посмотрю вслед стройной девчонке? Значит, еще не разучился ценить женскую красоту. А если она со мной немного пококетничает? Ну и что, выходит я еще в хорошей форме. О возможных изменах мы с самого начала договорились друг другу не сообщать. У меня была пара легких и бесцветных романов в командировках, но разве можно сравнить этот случайный трах с тем, что ждало меня дома. Были ли романы у Оли? Не знаю. Если и были, то она договоренность выполняла. Разговаривать на эти темы мы не любили. Зачем будить лихо, пока оно тихо. Вот так и жили. До тех пор, пока не поехали в этот отпуск.

От кого-то мы услышали, что недалеко от нашей гостиницы есть дикий пляж. Он изрезан скалами и огромными валунами — идеальное место для уединения и покрытия тела равномерным загаром, без полосок от купальника. А заодно — и для демонстрации своих прелестей и достоинств.

Пришли мы туда после обеда. Оля как то сразу подобралась под заинтересованными взорами двух накачанных парней, отвлекшихся при ее приближении от стройных подружек в минимальных бикини. Пройдя по узкому каменистому берегу, обогнули скалу, нашли небольшую песчаную лагуну, расстелили коврик. Прежде, чем снять остатки одежды, Оля с некоторым беспокойством (а может это было другое чувство?) огляделась вокруг. Но поблизости никого не было. И мы с облегчением (или разочарованием?) растянулись на песке. Через какое-то время я даже задремал. Не знаю, что меня разбудило, но картина, которую я увидел, разом прогнала остатки сна. Оля, как и была, совершенно голая, стояла у берега в компании двух тоже голых парней. Тех самых, накачанных. С одним она увлеченно целовалась, обнимая его за шею, а другой прижимался к ней сзади, теребя пальцами ее соски и елозя не маленьким членом по ее попке. Увиденное поразило меня, но еще больше поразила моя собственная реакция.

Вместо того, чтобы с руганью и кулаками наброситься на Олю и ее соблазнителей, я стоял как вкопанный с бешено колотящимся сердцем. И если бы стоял только я! Мой друг тоже предательски рванулся вверх. Словом я испытал крайнюю степень возбуждения, почти такую же, как в детстве, когда открыл для себя онанизм. И как тогда, рука потянулась к другу, чтобы разделить с ним эмоции. И как раз в этот момент такое же движение сделала и Оля. Только по отношению к одному из своих неожиданных партнеров. Ее руки прошлись сверху вниз по спине парня и остановились на его накаченной заднице. А потом одна из них нежно обхватила набухший ствол и начала скользить по нему вверх-вниз. А парень запустил пальцы в ее волосы и потянул на себя, приближая Олин ротик к своему члену. Ротик послушно раскрылся, и чувственные губки, как будто для этого и созданные, колечком сомкнулись на толстом члене совершенно незнакомого мужчины! Второй не стал терять времени даром и попытался войти в Олю сзади, но из за разницы в росте ему пришлось бы стоять на полусогнутых. Поэтому он просто обхватил свою неожиданную партнершу за талию, легко оторвал от земли, и, прямо так, на весу, насадил на свой ствол.

Вот так моя обожаемая подруга у меня на глазах изменила сразу с двумя мужчинами. Как потом выяснилось, она решила окунуться и, выходя из моря, обнаружила, что на берегу стоят и любуются на нее два молодых атлета. Первой, естественной, реакцией было охнуть и стыдливо присесть, прикрывшись руками. Но сразу поняв всю глупость такого поведения (никто ведь не тянул на «дикий» пляж) и собрав в кулак всю свою волю, она направилась к берегу мимо парней, горделиво расправив плечи и демонстрируя все вои прелести. Но парни молча преградили ей дорогу и взяли в плотное кольцо своих нагих мускулистых тел. На меня они даже не посмотрели. Оля тоже. Ее захлестнуло дикое желание, которому не было сил противиться. Вот так все и получилось. И только когда я подошел к этой живописной группе почти вплотную, не выпуская из рук свой член, Оля встретилась со мной глазами. В ее взгляде я прочел сначала испуг, потом мольбу, потом благодарность. И в довершение — увидел тот самый блядский огонек, который так заводил меня во время ее минета.

Действие быстро приближалась к финалу, но вдруг у нас за спиной раздался негодующий возглас: «Ах ты, сука!». Рыжеволосая девица с фигурой, выдающей ее давнюю дружбу с тренажерным залом, подскочила к нам и вцепилась Оле в волосы, оторвав ее голову от мужского члена, который та увлеченно сосала, и влепила ей звонкую оплеуху. А парню, который пытался воспротивиться, достался меткий и весьма болезненный пинок в пах, от которого тот, как подкошенный, рухнул на песок. Второй парень, чтобы не разделить судьбу своего товарища (а его подруга, такая же загорелая и спортивная, только блондинка, была уже рядом) мигом вынул член из Оли и отскочил в сторону, всем своим видом показывая, что он оказался здесь совершенно случайно и не имеет к происходящему никакого отношения. Девица еще немного потаскала плачущую Олю по песку, отвешивая ей пинки и затрещины, потом, как совсем недавно ее друг, притянула ее лицо к своему паху. «Лижи, сука» прорычала она, сдвинув в сторону узкую ленточку стрингов. В оцепенении я стоял и смотрел как моя ненаглядная, взрослая и состоявшаяся женщина, без пяти минут бабушка, покорно лижет клитор молодой, бесстыжей девице.

Из оцепенения меня вывел резкий окрик: «А ты что стоишь, тоже по яйцам получить хочешь?». Я не сразу сообразил, что обращаются ко мне. Вторая девица стояла рядом и, так же как и ее подруга отодвинула в сторону стринги. Парни сохраняли нейтралитет. «Лижи, козел, а то мы твоей бляди все личико расцарапаем». Пришлось выполнять приказ. Когда обе девицы получили моральное и физическое удовлетворение, к стати сказать, вполне заслуженное, рыжая оглянулась на парней и милостиво разрешила: «А теперь вы». И Оле: «помоги им, а то никак в себя не придут». Оля подошла к ним, покорно опустилась на колени и начала по очереди ласкать руками и языком обмякшие члены. Молодость быстро взяла свое. «А ты что, так и будешь смотреть, как твою бабу ебут? Присоединяйся. А что мне оставалось? И вот сразу из трех стволов, направленных на мою Оленьку, вырываются залпы. И она стоит на коленях на песке, с ног до головы обрызганная самым лучшим косметическим средством, которое только придумала природа.

Девицы, напоследок отвесив Оле по щедрой затрещине, удалились с видом поруганного достоинства. За ними с видом нашкодивших котов плелись их парни. Оля еще насколько минут молча сидела на песке, приходя в себя. Потом поднялась и медленно побрела к воде, желая смыть с себя этот кошмар. Дойдя до берега, она машинально бросила взгляд в сторону наших вещей и вдруг испуганно вскрикнула. Оглянувшись, я увидел, что рядом с нашим ковриком ухмыляясь стоят четверо бомжей. Обычных бомжей, выискивающих остатки пива в брошенных на пляже бутылках и банках. Небритых и грязных. Вид и позы не оставляли сомнений в их намерениях. Сладострастные улыбки безобразили их беззубые рты. Руки блуждали в районе ширинок. Вряд ли они полезли бы вводу, но вместо того, чтобы, наплевав на вещи, спасаться вплавь, я пошел им на встречу, пытаясь выиграть время и заговорить зубы. Но они, глядя мимо меня, двинулись к Оле. Она закричала. Я встал у них на пути, врезал одному в челюсть, но ответным ударом был отправлен в нокаут. Когда я пришел в себя, два бомжа висели на мне, выкручивая руки, а два других тащили Олю за руки за ноги прочь от воды — на мягкий песочек.

Тот, что держал за лодыжки, раздвинул ей ноги и, мигом спустив с себя драные штаны, навалился на нее. Второй держал ее за руки и одновременно зажимал рот. Оля билась и кричала, но ничего не могла сделать. Наверное они уже давно не получали такого подарка судьбы, поэтому первый бомж начал быстро кончать, сладострастно завывая. Прямо в Олю. Оля улучила момент когда они менялись местами, вырвалась и побежала прочь, но один из бомжей, помоложе и не совсем еще пропитый, быстро догнал ее и подставил подножку. Оля грохнулась на песок. И вот ее, еще недавно красивую, холеную и неприступную, а теперь — совершенно голую, облепленную песком, смешанным со спермой, волокут за волосы грязные уроды. А я ничего не могу сделать. Или не хочу?

Я вдруг с ужасом понял, что и эта сцена меня дико возбудила. Еще сильнее, чем предыдущая. И бомжи это увидели! Я ведь одеться тоже не успел. Поэтому они спокойно отпустили меня и столпились вокруг Оли, торопясь получить свою долю. У каждого оказались свои вкусы. Один, наверное, давно мечтал дать женщине в рот, другой — в попку. Последний способ мы иногда практиковали, но Оле он не очень нравился. Сейчас она изо всех сил виляла задом, пытаясь увернуться от настигающего ее члена, но что она могла сделать против четверых мужиков? Один схватил ее за волосы и поставил на четвереньки, другой держал за ноги, третий раздвинул ягодицы. Четвертый засунул в Олину попку свой немаленький и, явно, давно не мытый член. И через какое-то время мне вдруг показалось, что сдавленный крик боли постепенно превращается в стон страсти.

Исчерпав свои силы и фантазии, бомжи ушли, прихватив все наши вещи. Оля еще несколько минут лежала на песке. Уже темнело, когда мы собрались домой. Как мы добирались до гостиницы голые, без машины, ключи от которой остались на память бомжам, это отдельная история.

Добавить комментарий

     


Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика